Статья из Интернет-издания Волга.ру

Сергей Каров

Шведский менестрель-матершинник мурманского происхождения
Интернет-издание Волга.ру

Статья из Интернет-издания Волга.ру
— Как там дела у вас, в Швеции, с рок-музыкой? – спрашиваю Василия К., к которому я случайным образом только что «вписался» на т.н. «квартирник» (домашний акустический концерт) в Комсомольском. Человека, выпустившему с местной группой Kürtens четыре СD (и записавшему недавно пятый), не спросить об этом преступление.

— Как, как, фигово. Для них вот эта ситуация, когда на квартире собралось 30 человек и слушают какого-то чувака с гитарой, просто нереальна. Даже абсурдна. В этом все шведы.

— А о русском роке им что-нибудь известно?
— Что им может быть известно?! Знают, что есть Высоцкий, обо всех современных рокерах – Земфире, Мумий Тролле, «Ленинграде» — понятия не имеют, всё как-то по западным, здесь неизвестным именам западают. Скучно там, но деньги за выступления платят и записываться возможность есть. Поэтому и живу.

Третий визит мурманского рок-музыканта, с 1998 году живущего в Швеции, а последние полтора года «мотающего срок» в разъездах с концертами по России, в Тольятти не прошёл с аншлагами, не собрал полные залы народу, не вызвал билетный ажиотаж-мандраж и ещё много чего не сделал. Кроме одного: все пришедшие – кстати, новоиспечённые поклонники Василия К. (творческий псевдоним «менестреля») — не ушли без подписанной кассеты-диска или, как минимум, без автографа. Оно и понятно, организаторы «квартирника» на успех примерно такого масштаба и рассчитывали: неведомым образом узнавшие о готовящемся концерте Василия К. в квартире двух энтузиасток из продюсерского центра «Наполеон» собралось около 30 человек! Ещё 20 хотело, да средств не было. Для третьего концерта своеобразного музыканта, поющего весьма провокативные тексты в не менее альтернативном гитарном сопровождении, больше чем достаточно.

Василия К. в Тольятти практически не знают: первый раз он сыграл у «Пилота» на разогреве в конце апреля, второй – перед поездкой Василия К. на Грушинский на таком же, как этот, квартирнике. Я его слушаю во второй раз, со второго раза пробрало больше. До неприличия. А впечатление, оставшееся в памяти от его концерта в «Пирамиде» (того самого, первого, показавшегося непомерно мрачным и «тёмным»), изменилось – не прямо на противоположное, но порядочно развернувшись. Я понимаю, почему критики разных там андеграундных изданий так неоднозначно относятся к Василию К.: просто с первого раза не разглядеть его объёмов как личности – в глаза бросается индивидуальность, а та распознаётся позже и не сразу. Мурманский рок-музыкант, осмелившийся перепеть Леонарда Коэна, прошедший через преклонение перед Нилом Янгом и Ником Кейвом, поющий песни на стихи Гумилёва и Лорки, сравниваемый с Науменко, Гребенщиковым, Летовым и от этого не робеющий, а лишь скромно осознающий свою индивидуальность, – всё это Василий К. А 29 июля он уезжает обратно в Швецию – Россия будет скучать, уверен, должна скучать. Интересно, полтора года в России его как-то поменяли, что-то ему дали?

— Благодаря моему директору – Егору Безымянному – мы играли везде, куда нас приглашали, от Питера и Москвы до Мурманска и Барнаула.. Столько концертов… Так что, конечно, поменяли и дали очень многое. Интересно было играть всё это время в любом случае, за эмоциональной реакцией слушателей наблюдал. Я даже для себя решил в процессе этого наблюдения, какие песни буду играть, какие – уже нет. В основном ушли те, что людей как-то загружали.

— Если уж вы посвятили один из своих альбомов Леонарду Коэну, сделав собственные кавер-версии его песен, как бы охарактеризовали музыканта? – звучит вопрос в перерыве между песнями на квартирнике с надеждой, что Василий что-то выболтает о себе. Ответ лишь подогреет любопытство:
— О Коэне? Хорошо… Бабник. Интеллигент высшей пробы. Эгоист. Мудрый. (пауза) Всё.

Fuck! За исключением последнего (очевидного – не комплимент, факт.), ни одно из определений к Василию К. несопоставимо. Уже после первых 20 минут концерта чувствуется, что женщины Василия интересуют куда меньше, чем виртуозная игра со словами (доводящая слушателя до ментального оргазма) или достижение не меньшей виртуозности при распоряжении собственным голосом (слово «оргазм» благодаря этим наклонностям Василия теперь известно и моим мурашкам). Про интеллигентность я вежливо умалчиваю, памятуя о внешнем виде музыканта (длинный беспорядочный хаер, чёрная незаправленная рубашка и потёртые джинсы – классический прикид) и о лексиконе (кстати, вполне уместном, бепафосном и органичном – завидуйте, господин Шнуров!) — ни то, ни другое ещё никогда не бывали отличительными признаками русского интеллигента, хотя… Хотя любое интервью с Василием заткнёт за пояс каждого в этом убеждённого: этот грозный рокер пишет диссертацию в шведской консерватории о русском роке, разумеется, на английском – как вам это нравится? Также не уверен и насчёт присущего Васе эгоизма, ибо на такое самоотверженное морально-физическое выматывание не всякий русский рок-музыкант способен. Даже для начинающего в России карьеру музыканта гонорар за данный концерт, с учётом затраченной «личной силы», – явно не предел, но для Василия, похоже, ответственность перед зрителями прежде всего. Пришлось задавать ещё один вопрос – так уж и быть, не личного характера.

— У тебя довольно качественная, интересная, богатая на образы поэзия. Играешь ты — не скажу, что заоблачно, но, во всяком случае, профессионально. Кем ты себя считаешь – поэтом или музыкантом?
— Сложно. Я не могу себе представить тексты песен без музыки – значит, наверное, я не поэт. (это его личное мнение – авт.) Не могу сказать, что я супер-профессионал – есть лучше. Наверное, кто-то средний – должно же быть определение какое-нибудь (задумывается)… Менестрель… Да, менестрель – наверное, самое то.

Сергей Каров
Интернет-издание Волга.ру
Фото: П.Горюшкин